Шрамко Б. А. Новые данные о добыче железа в Скифии. Краткие сообщения Института археологии АН СССР (КСИА). 1962. Вып. 91. Древние культуры юга CCCР. С. 72-77.
У 1957 році експедиція Харківського університету імені М. Горького під керівництвом доцента кафедри стародавньої історії Бориса Андрійовича Шрамка досліджує залізодобувні та залізовиробничі майданчики доби середньовіччя у Городній балці поблизу села Городище на Луганщині.
Уперше дослідник побував тут ще 1950 року, дізнавшись про давні розробки залізної руди з повідомлень гірничого інженера Олександра Носова (Носова 2-го) 1870-х років. Тоді вдалося знову локалізувати пам’ятку, а у 1957-му провести більш масштабні розкопки.
На схилах балки, за 3 км від села, археологи виявили сліди двох поселень: скіфського часу (V—IV ст. до н. е.) та салтівської культури (VIII—X ст. н. е.). Саме біля скіфського поселення простежувалися давні рудники — ями і рови на місцях виходів бурих залізняків. У відвалах знайдено кераміку, уламки античних амфор, кам’яний пест для дроблення руди, а також залізну руду, крицю, вугілля і шлаки.
Ці знахідки показали, що родовище біля Городища могли розробляти вже в скіфський час, а поруч існував локальний центр видобутку та виробництва заліза. Попри значення цих робіт, Шрамко більше не повертався до цієї пам’ятки, зосередившись на дослідженні скіфських старожитностей. У 1991–1992 роках розкопки в Городній балці продовжив його учень Володимир Васильович Колода.
«Для выяснения уровня развития древней металлургии в эпоху раннего железного века очень важны вопросы о местах древних разработок железной руды и способах добычи железа. К сожалению, эти вопросы изучены еще очень слабо. До последнего времени на всей территории Скифии в широком, географическом смысле этого слова по существу был хорошо известен только один крупный центр, где в IV—III вв. до н. э. в больших масштабах производились добыча и обработка железа,— это Каменское городище на левом берегу Днепра.
Железо добывалось сыродутным способом в небольших глинобитных печах. Устройство печей в деталях проследить не удалось, но от них сохранилось множество сильно ошлакованных кусков глины, обломки сопел и шлаки. В качестве улучшающего шлакообразование флюса использовался известняк. Размеры криц свидетельствуют о том, что печи были сравнительно невелики. Вес одной крицы круглой, полусферической формы немного превышал 2 кг. Вопрос о рудной базе металлургов Каменского городища еще окончательно не решен. Предполагается, что употреблялась руда Криворожского месторождения, расположенного в 60 км к западу на правом берегу Днепра, но есть сведения и об использовании болотной руды. Последнее, по-видимому, более вероятно, так как трудно представить, чтобы в ту эпоху место выработки железа было отделено от места добычи руды не только большим расстоянием, но и широкой рекой. Все известные мне образцы руды из раскопок на Каменском городище не что иное, как конкреции бурого железняка и значительно отличаются от гематито-магнетитовых руд Криворожского бассейна. Точный ответ должны дать результаты соответствующих анализов.
В настоящее время можно говорить еще об одном древнем металлургическом центре, расположенном на территории степной Скифии. У с. Городище в нынешней Луганской области харьковский геолог А. Носов еще в 70-х годах XIX в. отметил остатки древних разработок железной руды. Это подтвердили и исследования современных геологов. Но археологические ских данных о разработках не было; высказывались лишь различные фантастические предположения о времени их возникновения.
В 1950 и 1957 гг. нами было проведено обследование местности у с. Городище и организованы раскопки в балке Городной, впадающей в р. Белую (приток р. Луганки). На склонах балки Городной, расположенной в 3 км к юго-западу от с. Городище, обнаружены следы двух селищ: одно относится к скифскому времени (V—IV вв. до н. э.), на другом собрана керамика, типичная для салтовской культуры VIII—X вв. н. э. Салтовское селище находится на правом берегу балки, а скифская керамика встречается преимущественно на левом берегу, где заметны и сейчас следы древних разработок в виде ряда ям и рвов, расположенных в местах выхода пластов руды (бурые и охристые железняки) на поверхность. При обследовании в отвалах древних разработок найдены скифская керамика, небольшие обломки античных амфор и каменный цилиндрический пест для дробления руды. Скифская керамика представлена обломками стенок и венчиков лепных горшков бурого цвета. Край венчика отогнут слабо и орнаментирован пальцевыми защипами и проколами, а в одном случае украшен налепным валиком. В глине сосудов, кроме песка, встречаются мелкие кусочки железной руды.
Эти находки ясно свидетельствуют о том, что рудное месторождение у с. Городище еще в скифское время привлекло внимание древних металлургов. Условия добычи руды здесь действительно очень благоприятны — ее пласты выходят прямо на поверхность. В настоящее время промышленного значения это месторождение не имеет, так как руда считается сравнительно бедной. [...]
В древности здесь не только добывали руду, но и сыродутным способом вырабатывали железо. Вдоль северных склонов балки обнаружены остатки не менее десятка древних горнов. Место для их устройства выбиралось на склоне, конечно, не случайно. При таком расположении горнов ямного типа удобнее было обеспечить доступ к их нижней части для подведения глиняных сопел, через которые вдувался воздух. Обломки сопла найдены во время раскопок. Такое расположение горна облегчало и извлечение криц.
Один из плавильных горнов и территория около него обследованы более детально. Горн был хорошо виден со стороны склона оврага, где его частично размыла вода. Рядом был заложен раскоп площадью 25 кв. м. Гумусированная почва культурного слоя шла здесь на глубину 0,5—0,6 м и была насыщена кусками сильно обожженной глиняной обмазки, ошлакованной глины, кусками руды, шлаков и камней. Горн был в форме цилиндра с конусообразным дном. Диаметр его ямы — 1,45 м, глубина — 1,6 м. Земляные стенки обмазаны глиной, внутренняя поверхность сильно обожжена и спеклась со шлаком в сплошную стенку толщиной 5—8 см.
Нижняя часть горна была на 27 см заполнена тяжелым шлаком с очень большим содержанием железа. Местами куски железного шлака приобрели вид металлических сосулек. Сверху над шлаком залегал слой заполнения ямы, который делился на две части: в нижней — куски песчаника и известняка (последний применялся, очевидно, как флюс для улучшения шлакообразования) были смешаны с обломками обожженной глиняной обмазки перекрытия ямы; верхняя часть заполнения образовалась после того, как горн был заброшен, и не отличалась от окружающего культурного слоя, состоявшего из земли, смешанной с кусками шлака, обломками камней и руды.
Судя по остаткам и отпечаткам на шлаках, в качестве топлива применялись дерево и древесный уголь, хотя в окрестностях есть залежи хорошего каменного угля. Крица была извлечена из нижней части горна, по-видимому, через отверстие, пробитое в стенке ямы со стороны склона.
К сожалению, раскопки 1957 г. не дали убедительного материала для точной датировки горна; в раскопе обнаружены остатки металлургического производства и несколько очень мелких обломков лепной керамики, о культурной принадлежности которой трудно сказать что-либо определенное.
Однако надо полагать, что если в скифское время здесь добывали железную руду, то и перерабатывали ее где-то поблизости.
В лесостепной части бассейна Донца также обнаружен горн для сыродутной добычи железа, но он наземного, а не ямного типа. Горн раскопан И. Ф. Левицким на селище у с. Новая Покровка в Харьковской области. Он был конусовидный, вылепленный из глины и сохранился на высоту 0,72 м; поэтому устройство его удалось проследить довольно хорошо. Не останавливаясь на подробностях, известных по публикации, отмечу лишь, что горн обнаружен на глубине 0,55—0,7 м в слое раннего железного века, но датировка его из-за отсутствия характерных находок определялась в очень широких пределах: от конца I тысячелетия до н. э. до первой половины I тысячелетия н. э.
В 1959—1960 гг. экспедиция Харьковского государственного университета провела дополнительное исследование (зачистки и шурфовку), которое позволяет уточнить датировку слоя, содержавшего остатки сыродутного горна. Среди находок, происходящих из слоя скифского времени, есть фрагменты лепных горшков и мисок, конические и биконические глиняные пряслица, обломки глиняных дуршлагов, маленькие вотивные сосудики из глины, фрагмент культовой зооморфной статуэтки, обломки кварцитовых зернотерок, пирамидальная бусина из синего стекла, металлические изделия и большое количество железного шлака. У горшков слабо отогнутый венчик, край которого обычно украшен пальцевыми защипами и сквозными проколами.
Форма мисок со слегка загнутым внутрь гладким бортиком также типична для скифского времени. Металлические изделия представлены небольшим ножом с горбатой спинкой, железным шилом и кольцом с заходящими друг за друга концами, железной булавкой, одним железным и тремя бронзовыми наконечниками стрел. Весь этот комплекс находок позволяет говорить о том, что слой раннего железного века вместе с горном относится к IV—III вв. до н. э.
Другие находки более или менее целых горнов для сыродутной добычи железа в скифское время нам пока неизвестны, но все же нужно отметить, что на многих поселениях лесостепной полосы встречаются куски железных шлаков, криц, железной руды и ошлакованные обломки глиняных стенок горнов, которые также свидетельствуют о местной добыче железа.
Только за последние годы в результате разведок и раскопок в бассейнах рек Донца и Ворсклы такого рода остатки удалось обнаружить еще на 10 однослойных поселениях скифского времени. В бассейне Донца и его притоков к таким поселениям относятся селища у Куряжа, у с. Островерховка, у станции Шелковая и городища у сел. Циркуны, Караван, Бараново и Городище в Харьковской области. В бассейне Ворсклы аналогичные материалы известны на городище у с. Городное, а также на Западном и Восточном Бельском городищах. Все это свидетельствует о широком распространении железоделательного производства уже в раннем железном веке.
Остатки железной руды и шлаков, обнаруженные на некоторых из этих поселений, были подвергнуты анализам; результаты их весьма интересны. Так, в лаборатории Исторического факультета Московского государственного университета произведен спектрально-структурный анализ шлаков, найденных в зольнике № 12 при раскопках Б. Н. Гракова в 1958 г. на Западном Бельском городище. В разных слоях этого зольника раннескифского времени (начало VI в.—начало V в. до н. э.) оказалось свыше десятка кусков железных шлаков, причем один из них — с пода сыродутного горна и повторяет его чашеобразную форму. Количество железа в шлаках достигало 60%.
Судя по результатам спектрального и структурного анализа, железо на Бельском городище восстанавливали из бурого железняка, причем шлаки № 3, 4 и 7 получены из руды, для которой характерна гамма примесей Ni—Mo; шлаки № 1 и 6 — из руды иного происхождения, с гаммой примесей Ni—Mo—Ag. И, наконец, свита примесей в шлаке № 2 (Ni—Mo—Sn) говорит в пользу того, что он также связан с особым источником руды. Такое разнообразие руд свидетельствует о широких масштабах местного железоделательного производства, для которого приходилось искать все новые и новые рудные залежи, хотя и не очень удаленные друг от друга, так как часть примесей остается постоянной.
Среди взятых для анализа материалов был кусок руды (образец № 5), послуживший исходным материалом для шлаков № 3, 4 и 7, причем кремнезема (SiO₂) в исходной руде оказалось больше, чем в шлаках. Следовательно, до засыпки в горн руду обогащали, очищая от пустой породы. Вместе со шлаками в раскопе найден кусок известняка, свидетельствующий о применении его в качестве флюса.
Аналогичную картину показали химические анализы руды и шлаков из наших раскопок 1960 г. на Восточном Бельском городище. Содержание SiO₂ (кремнезема) и Al₂O₃ (глинозема) в руде было соответственно равно 43 и 4,04%, а в шлаке этих примесей оказалось меньше (24,2 и 2,11%). В то же время количество CaO в руде не превышало 5,73%, а в шлаке достигало 9,16%. Следовательно, и здесь закономерно повторяется картина, свидетельствующая об обогащении руды и добавлении известняка в качестве флюса. Эти технологические приемы были в скифское время уже хорошо освоены и, по-видимому, повсеместно применялись при восстановлении железа в сыродутных горнах».
